Главная » Статьи » Питание при раке молочной железы

Питание при раке молочной железы

Рак молочной железы коварное заболевание, которое может протекать в агрессивной форме, не проявляясь симптомами на ранней стадии развития. Повышает риск развития рака молочной железы излишек веса, сахарный диабет, заболевания эндокринных органов, повышенный холестерин. Большую роль в сохранении здоровья и жизни женщины играет профилактика рака молочной железы. Современные средства диагностики злокачественных заболеваний позволяют обнаружить рак молочной железы на ранней стадии развития. В Юсуповской больнице онкологическое отделение оснащено современным диагностическим оборудованием, в отделении применяют инновационные методы лечения рака молочной железы. Замедлить развитие заболевания, облегчить его течение поможет специальная диета при онкологии молочной железы.

Питание при раке молочной железы

Диета при раке молочной железы

Опухоль молочной железы нередко гормонозависима и отвечает активным ростом на повышенную секрецию женских половых гормонов. Врачи рекомендуют применение продуктов питания, которые влияют на снижение уровня эстрогена. Помогают некоторые продукты против рака молочной железы:

  • Тыква, морковь. Содержат большое количество витамина А, ретинола, каротина, которые обладают антиоксидантными свойствами.
  • Кресс-салат, брокколи, брюссельская, цветная, кочанная капуста. Капуста и другие овощи из семейства крестоцветных содержит индолы, которые обладают онкопротекторными свойствами. Они нейтрализуют канцерогенные продукты обмена гормонов эстрогенов. Метаболиты (продукты обмена эстрогенов) провоцируют развитие гормонозависимого рака молочной железы. Индолы способны блокировать циклы развития опухолевых клеток.
  • Помидоры. Томаты содержат антиоксидант – ликопин, обладают противоопухолевыми свойствами.
  • Лук и чеснок. Сильнейшие антиоксиданты, способствуют очищению печени от токсинов, стимулируют пищеварение, удаляют из организма канцерогенные вещества, связывая их, угнетающе действуют на микробы и бактерии. Содержат аллицин, который придает чесноку и луку своеобразный запах и вкус, снижает холестерин, высокое артериальное давление, оказывает цитотоксическое и противораковое действие.
  • Соя, соевые продукты. Соевые продукты и соевые бобы обладают противораковым действием, особенно при гормонозависимом раке. В состав соевых бобов входят изофлавоноиды – растительный аналог эстрогенов. Раньше предполагали, что соя способна провоцировать развитие рака молочной железы, более поздние исследования показали, что употребление соевых продуктов снижает риск развития рака груди.
  • Абрикосы, курага, ягоды, цитрусовые. Обладают высокой антиоксидантной активностью, замедляют рост раковых клеток, влияют на окислительные процессы.
  • Орехи. Миндальный орех содержит цианидоподобную субстанцию, которая губительно действует на раковые клетки.
  • Семена растений (лен, кунжут). Содержат фитоэстрогены, которые способствуют снижению выработки эстрогена в организме.
  • Яйца, рыба. Большое содержание жирных кислот омега-3, которые обладают онкопротекторными свойствами.

Питание при онкологии молочной железы после операции

Определенный набор продуктов питания помогает ускорить процесс реабилитации после операции. Для подбора диеты после операции по поводу рака молочной железы следует обратиться к врачу-диетологу. Определенное соотношение белков, жиров и растительных продуктов поможет в восстановлении организма после химиотерапии или операции. При составлении меню при раке молочной железы врач будет учитывать вес, состояние здоровья, возраст пациентки, вкусовые пристрастия. «Можно ли кофе при раке молочной железы, а также чай и другие напитки?» — спрашивают пациентки. Последние исследования показали, что дозированное употребление натурального кофе снижает риск развития гормонозависимой опухоли молочной железы. В кофе обнаружены полифенол фитоэстрогены, которые обладают антиоксидантными свойствами, предотвращают развитие атеросклероза, инсульта, инфаркта, способствуют снижению холестерина. Полезен зеленый чай, который так же обладает антиоксидантными свойствами.

Что нельзя есть при раке молочной железы

При раке молочной железы рекомендуется ограничить мясо, мясные продукты, животные жиры, копченья, соленья, продукты с большим содержанием сахара. Исследования показали, что метастазирование опухоли укоряется при постоянном приеме продуктов, содержащих пальмовое масло и большое количество других жиров, канцерогены, красители.

Питание при раке молочной железы 2 стадии

Диета при раке молочной железы 1 стадии, 2 или 3 стадии должна содержать микроэлементы, витамины, другие вещества, помогающие организму справляться с заболеванием. В рацион больной включают фрукты и овощи – они должны составлять до пяти порций в день, включая пюре из овощей или фруктов и свежевыжатые соки. Предпочтение отдается свежим овощам и фруктам. Суточный рацион пациентки снижается по калорийности на 1/3, ограничивается потребление углеводов, мяса, животных жиров. Меню не должно содержать продуктов с красителями, искусственными добавками. Во время обострения заболевания не рекомендуется употребление кофеинсодержащих напитков, алкоголя.

Диетическое питание помогает избавиться от излишка веса. У полной женщины высокий риск повышенной выработки эстрогенов. Эстрогены накапливаются в жировой ткани и чем больше жировых отложений, тем выше уровень эстрогенов и выше риск развития гормонозависимого рака молочной железы. В Юсуповской больнице врач-диетолог подбирает меню для пациенток с онкологическими заболеваниями. В онкологическом отделении больницы пациентки смогут пройти полное обследование, лечение рака молочной железы, получить дополнительные рекомендации от врача-диетолога, специалиста по лечебной гимнастике.

Питание при онкологии: нужны ли витамины онкопациентам

Информация про важность витаминов сопровождает нас повсюду: радио в машине, листовки в общественном транспорте, реклама по телевизору и советы друзей. Полки в аптеках ломятся от поливитаминных комплексов. И только онкопациенты не разделяют нашего оптимизма в отношении их «живительной» силы, рассуждая так: если витамины стимулируют обменные процессы, то это актуально для всех клеток организма, в том числе и злокачественных: «не буду их принимать — не будет роста опухоли».

В настоящее время немало научных исследований направлено на изучение того, как витамины влияют на онкологические заболевания. Результаты пока противоречивы, но есть интересные данные, которые заставляют всерьез задуматься над этим.

Для чего человеку витамины?

Это жизненно необходимые для человека вещества, большинство из которых не синтезируется в организме либо в недостаточном количестве. Источник их — пища растительного и животного происхождения. Они не откладываются в запас, не являются ни строительным материалом, ни источником энергии для клеток. Играют роль катализатора в организме, ускоряя и повышая эффективность биохимических реакций, устойчивость иммунитета, участвуют в обмене белков, углеводов и жиров. Некоторые из них (С, Е, A) — природные антиоксиданты.

Каждый из витаминов обладает широким спектром действия, но при этом имеет ряд присущих только ему характерных свойств. Поэтому заменить один другим не получится. Нашему организму для нормальной жизнедеятельности нужны все 13 витаминов: 9 водорастворимых (В1, В2, В3, В5, В6, В7, В9, В12, С) и 4 жирорастворимых (A, D, E, K). Отсутствие, недостаточное количество или избыток какого-либо витамина в пище всегда сопровождается расстройством в соответствующей области обмена веществ и проявляется определенными клиническими симптомами.

Ежедневные потребности в витаминах у взрослых людей

Водорастворимые Суточная норма для взрослых
В1 (тиамин) 1,5 мг
В2 (рибофлавин) 2,0 мг
В3 (ниацин) 20 мг
В5 (пантотеновая кислота) 5 мг
В6 (пиридоксин) 2 мг
В7 (биотин) 50 мкг
В9 (фолиевая кислота) 400 мкг
В12 (цианокобаламин) 2,4 мкг
С (аскорбиновая кислота) 90 мг
Жирорастворимые мужчины женщины
А (ретинол) 900 мкг (3000 МЕ) 700 мкг (2333 МЕ)
D (холекальциферол) Возраст 19-70 лет – 15 мкг (600 МЕ)

Возраст > 70 лет – 20 мкг (800 МЕ)

Нужны ли витамины пациентам с онкологическими заболеваниями?

Витамины нужны всем людям, независимо от пола, возраста и наличия заболеваний в количестве, соответствующем суточной потребности, чтобы обеспечить нормальное функционирование обменных процессов в организме. При этом надо помнить, что здоровым людям при условии сбалансированного питания никакие дополнительные вещества пользу не приносят.

Курсы лучевой терапии и прием цитостатических препаратов сопровождаются резким снижением иммунитета и интоксикацией. Обычное питание не всегда обеспечивает организм оптимальным количеством полезных веществ. Особенно это касается пациентов с патологией ЖКТ и побочными эффектами лечения рака. Решение о необходимости увеличить дозу или о дополнительном назначении поливитаминного комплекса принимает врач, основываясь на результатах клинико-лабораторного обследования.

Витамины группы В

В1 (тиамин) регулирует белковый и углеводный обмены, поддерживает нормальное функционирование центральной и периферической нервной системы, пищеварительной и эндокринной систем. Дефицит тиамина приводит к развитию заболевания «бери-бери», симптомы которого — анорексия, потеря веса, когнитивные нарушения (снижение познавательной способности, внимания), слабость мышц и кардиомегалия.

В 2017 г. было выявлено, что дефицит тиамина (В1) был обнаружен у 55,3% пациентов с онкологическими заболеваниями, которые по каким-либо причинам были направлены для проведения психиатрической консультации. При этом дефицит тиамина был обнаружен даже на фоне приема соответствующих комплексов. Isenberg-Grzeda E., Sneb M.J., Alici Y., Wills J. et al. High rate of thiamine deficiency among inpatients with cancer referred for psychiatric consultation: results of a single site prevalence study. Psychooncology. 2017. 26(9): 1384-13-89.

В опубликованном в 2019 г. исследовании японских ученых было установлено, что у пациентов с раком ЖКТ, получающих химиотерапию и имеющих побочные неврологические проявления, также был снижен уровень В1 в крови. Iimura Y., Kurokawa T., Nojima M., Kanemoto Y. et al. Potential thiamine deficiency and neurological symptoms in patients receiving chemotherapy for gastrointestinal cancer. Int. J. Pharmacol. Ther. 2019. doi: 10.5414/CP203602.

В2 (рибофлавин) обеспечивает нормальное течение окислительно-восстановительных процессов, участвует в метаболизме жиров, белков и углеводов, способствует усвоению железа и В6, необходим для образования эритроцитов и антител, поддерживает нормальную работу нервной системы, играет важную роль в процессах роста и восстановления клеток и тканей, улучшает остроту зрения. Дефицит рибофлавина (В2) приводит к стоматиту, глосситу, себорейному дерматиту, фотобоязни, анемии.

В научной медицинской литературе упоминается, что употребление рибофлавина (В2) не оказывает существенного влияния на риск развития рака молочной железы, заболеваемость колоректальным раком.

Yu L., Tan Y., Zhu L. Dietary vitamin B2 intake and breast cancer risk: a systematic review and meta-analysis. 2017. 295(3): 721-729. doi: 10.1007/s00404-016-4278-4.

Yoon Y.S., Jung S., Zhzng X., Ogino S. et al. Vitamin B2 intake and colorectal cancer risk; results from the Nurses’ Health Study and the Health Professionals Follow-Up Study cohort. 2016. 139(5): 996-1008. doi: 10.1002/ijc.30141.

В3 (ниацин, никотиновая кислота) участвует в клеточном обмене веществ, передаче сигналов между клетками и восстановлении структуры ДНК. Дефицит В3 проявляется усталостью, депрессией, снижением памяти, головными болями, проблемами с кожей.

Исследования канадских ученых подтвердили, что ниацин (В3) способствует восстановлению повреждений в ДНК, вызванных ультрафиолетом, снижая риск развития рака кожи.

Nazarali S., Kusel P. Vitamin B Derivative (Nicotinamide) Appears to Reduce Skin Cancer Risk. 2017. 22(5): 1-4.

В 2019 г. австралийские ученые выявили, что избыток В3 увеличивает риск развития рака желудка.

Dugue P.A., Bassett J.K., Brinkman M.T., Southey M.C. et al. Dietary Intake of Nutrients Involved in One-Carbon Metabolism and Risk of Gastric Cancer: A Prospective Study. 2019. 71(4): 605-614. doi: 10.1080/01635581.2019.1577982.

В5 (пантотеновая кислота) участвует в углеводном и жировом обменах. В комбинации с витамином С способствует заживлению ран. Дефицит крайне редок, проявляется усталостью, апатией, общей слабостью, нарушением сна, тошнотой, рвотой.

В6 (пиридоксин) регулирует метаболизм и синтез белков, углеводов, жиров. Необходим для нормального функционирования нервной системы. Дефицит приводит к себорейному дерматиту, анемии, неврологическим и психическим нарушениям.

Ряд независимых исследований выявил, что достаточное поступление с пищей В6 снижает риск развития колоректального рака, желудочно-кишечных карцином, рака молочной железы, особенно для женщин в постменопаузе.

Mocellin S., Briarava M., Pilati P. Vitamin B6 and cancer risk: a field synopsis and meta-analysis. J. Natl. Cancer Inst. 2017. 109(3): 1-9. doi: 10.1093/jnci/djw230.

Wu W., Kang S., Zhang D. Association of vitamin B6, vitamin B12 and methionine with risk of breast cancer: a dose-response meta-analysis. Br. J. Cancer. 2013. 109(7): 1926-44. doi: 10.1038/bjc.2013.438.

Bird R.P. The Emerging Role of Vitamin B6 in Inflammation and Carcinogenesis. Adv. Food Nutr. Res. 2018. 83: 151-194. doi: 10.1016/bs.afnr.2017.11.004.

В7 (биотин) играет важную роль в метаболизме глюкозы, аминокислот, жирных кислот. Дефицит встречается редко, проявляется выпадением волос, усталостью, изменчивостью настроения, депрессией, иногда неврологическими нарушениями. Частично синтезируется микрофлорой кишечника.

В9 (фолиевая кислота) участвует в процессах биосинтеза белка, ДНК и РНК, имеет особое значение для роста, развития и дифференцировки клеток и тканей, имеющих высокую скорость обновления (кроветворение, слизистая ЖКТ), способствует нормализации жирового обмена.

Американские ученые установили, что избыточное потребление фолиевой кислоты здоровыми людьми может привести к повышенному риску заболеваемости раком и прогрессированию заболевания у лиц с предраковыми поражениями. При этом потребление фолиевой кислоты в диапазоне физиологической потребности связано со снижением риска развития рака в популяции здоровых людей.

Weiβenborn A., Ehlers A., Hirsch-Ernst K.I., Lampen A., Niemann B. A two-faced vitamin: Folic acid — prevention or promotion of colon cancer? Bundesgesundheitsblatt Gesundheitsforschung Gesundheitsschutz. 2017. 60(3):332-340. doi: 10.1007/s00103-016-2505-6. [Article in German]

Yan S., Huang Q., Chen J., Song X. et al. Tumor-targeting photodynamic therapy based on folate-modified polydopamine nanoparticles. Int. J. Nanomedicine. 2019. 14:6799-6812. doi: 10.2147/IJN.S216194.

В12 (цианокобаламин) участвует в процессах биосинтеза белка, ДНК и РНК, делении клеток. Дефицит возникает, как правило, у людей, перенесших обширные операции на желудке или страдающих различными заболеваниями ЖКТ, и проявляется анемией, парестезией и другими неврологическими симптомами.

Норвежские исследователи выявили, что у пациентов с ишемической болезнью сердца, которые получали дополнительно фолиевую кислоту и В12, увеличились заболеваемость и смертность от рака легкого.

Ebbing M., Bonaa K.H., Nygard O., Arnesen E. et al. Cancer incidence and mortality after treatment with folic acid and vitamin B12. 2009. 302(19): 2119-26. doi: 10.1001/jama.2009.1622.

Недавний мета-анализ, проведенный в университетской больнице г. Чжэнчжоу (Китай), подтвердил, что при достаточном потреблении витаминов В1, В3, В6 и В9 риск развития рака пищевода снижался, при этом избыточное потребление В12, напротив, повышало риск развития рака пищевода.

Ma J.L., Zhao Y., Guo C.Y., Hu H.T. et al. Dietary vitamin B intake and the risk of esophageal cancer: a meta-analysis. 2018. 10: 5395-5410. doi: 10.2147/CMAR.S168413.

С (аскорбиновая кислота) является мощным антиоксидантом, регулирует всасывание, транспорт и хранение железа, обладает детоксикационными свойствами, поддерживает производство антител и работу лейкоцитов.

Научные исследования подтверждают, что витамины С, D и Е способствуют снижению проявлений побочных эффектов, возникающих во время химиотерапии и лучевой терапии рака легких, желудка, предстательной железы, шеи и колоректального рака. Будучи антиоксидантами, они защищают здоровые клетки от мутаций и повреждений, уничтожают свободные радикалы, способствуют гибели раковых клеток, угнетают образование новых кровеносных сосудов в опухоли и снижают метастазирование.

А (ретинол) обеспечивает рост, развитие и дифференцировку тканей, барьерную функцию кожи и слизистых, остроту зрения, стимулирует синтез белка. Будучи сильным антиоксидантом, способствует восстановлению пораженных клеток и заживлению ран.

Исследования подтвердили, что ретинол (А) и его препараты облегчают течение некоторых видов онкологических образований в простате, молочной железе, поджелудочной железе, желчном пузыре.

Davis-Yadley A.H., Malafa M.P. Vitamins in pancreatic cancer: a review of underlying mechanisms and future applications. Adv. Nutr. 2015. 6(6): 774-802. doi: 10.3945/an.115.009456.

D (холекальциферол) ускоряет всасывание кальция и фосфора в кишечнике, обеспечивает минерализацию костей, регулирует транспорт кальция. Необходим для восстановления кальциевого обмена, который нарушается при проведении химиотерапии и гормональной терапии рака. Активирует клеточный иммунитет.

К («антигеморрагический») играет значительную роль в процессе свертывания крови, участвует в обмене веществ в костях (усвоение и взаимодействие кальция с витамином D) и соединительной ткани. При дефиците появляются кровоизлияния, кровоточивость десен, носовые, желудочно-кишечные кровотечения.

Е (токоферол) является мощным антиоксидантом, способствует накоплению гликогена в мышечной ткани, замедляет старение.

Результаты многоцентрового исследования (35533 мужчины), выполненного на базе 427 медицинских центров США, Канады и Пуэрто-Рико, продемонстрировали, что пищевые добавки с витамином Е и селеном увеличивали риск развития рака простаты у здоровых мужчин.

Klein E.A., Thompson I.M. Jr., Tangen C.M., Crowley J.J. et al. Vitamin E and the risk of prostate cancer: the Selenium and Vitamin E Cancer Prevention Trial (SELECT). 2011. 306(14): 1549-56. doi: 10.1001/jama.2011.1437.

Последние исследования свидетельствуют, что причиной столь неутешительных результатов является форма, которая была использована в биодобавках (α-токоферол). Другие формы его формы (δ-токоферол, γ-токоферол и др.) демонстрируют большую эффективность для профилактики рака.

Davis-Yadley A.H., Malafa M.P. Vitamins in pancreatic cancer: a review of underlying mechanisms and future applications. Adv. Nutr. 2015. 6(6): 774-802. doi: 10.3945/an.115.009456.

Питание онкологических пациентов

Рекомендуется употреблять полноценную и сбалансированную по составу пищу. Но, к сожалению, так получается далеко не всегда. К самостоятельной покупке поливитаминных комплексов и биологически активных добавок необходимо относится крайне осторожно, поскольку их состав может резко отличаться. К примеру, в 2017 г. в США провели довольно интересное исследование, в ходе которого взяли 50 наиболее популярных комплексов и сопоставили их состав. Полученные данные показали разброс по содержанию отдельных витаминов и минералов от 24% до 57% суточной потребности для человека! Теперь вы понимаете почему так важно внимательно читать инструкцию.

Если в силу особенностей заболевания и побочных эффектов от проводимого лечения вы недоедаете, теряете вес, слабеете, то нужно подумать об изменении диеты и посоветоваться с лечащим врачом о необходимости дополнительного восполнения недостающих питательных веществ и витаминов. Оптимальным решением также может является использование в питании сбалансированных по своему составу, в том числе содержанию витаминов, специально разработанных смесей для энтерального питания.

Подписывайтесь на наши группы в Facebook, VK, OK и будьте в курсе свежих новостей! Только интересные видео на нашем канале YouTube, присоединяйтесь

Материалы на сайте 24health.by носят информационный характер и предназначены для образовательных целей. Информация не должна использоваться в качестве медицинских рекомендаций. Ставит диагноз и назначает лечение только ваш лечащий врач. Редакция сайта не несет ответственности за возможные негативные последствия, возникшие в результате использования информации, размещенной на сайте 24health.by.

Послеоперационная (адъювантная) эндокринотерапия постменопаузальных больных раком молочной железы

Рак молочной железы (РМЖ) — наиболее частая опухоль у женщин, ежегодно в мире регистрируется 1 млн 150 тыс. новых случаев инвазивного РМЖ, а 450 тыс. женщин погибают от этого заболевания (В.В. Семиглазов, 2009; Parkin DM, 2005). Лечение больных гормоночувствительным операбельным РМЖ обычно начинается с хирургического вмешательства, дополняемого при необходимости лучевой терапией с последующей многолетней эндокринотерапией. Уже доказано, что применение послеоперационной (адъювантной) эндокринотерапии препаратом тамоксифен снижает риск рецидива заболевания, увеличивая показатели общей выживаемости. Дополнительно к эндокринотерапии адъювантное лечение может включать первичную химиотерапию, которая также может улучшить отдаленные результаты.

Среди многообразия факторов, вовлеченных в канцерогенез и определяющих терапевтические мишени при этих опухолях, эстрогены и рецепторы к ним (ЭР) можно отнести к наиболее подходящим признакам, имеющим прогностическое и предсказывающее значение. Доказано, что длительная экспозиция к эстрогенам и высокие уровни плазменных эстрогенов коррелируют с нарастающим риском возникновения РМЖ. Точно так же выявлено увеличение экспрессии ЭР при сравнении нормального эпителия протоков молочной железы, гиперплазии эпителия и протоковой карциномы in situ.

Наличие рецепторов эстрогенов является предсказывающим признаком благоприятного эффекта от планируемой эндокринной терапии. Значение информации о рецепторах прогестерона менее очевидно, но все же и она может быть использована для определения степени эндокринной чувствительности при низких уровнях ЭР.

Поэтому традиционно стратегия эндокринотерапии РМЖ строится на попытках лишить опухолевые клетки стимулирующего влияния эстрогенов. Это может быть достигнуто несколькими путями: 1) конкурирующим захватом рецепторов эстрогенов антиэстрогенами, например тамоксифеном; 2) снижением уровня эстрогенов в крови и в самой опухоли с помощью ингибиторов ароматазы в постменопаузе и овариэктомии или супрессии яичников агонистами ЛГРГ в пременопаузе; 3) разрушением рецепторов эстрогенов с помощью «чистых» антиэстрогенов, например, с помощью фулвестранта.

Задолго до открытия гормонов и рецепторов к ним, 110 лет назад шотландский хирург Beatson обнаружил, что овариэктомия вызывает иногда регрессию распространенного РМЖ. С этого времени основные терапевтические исследования стали фокусироваться на попытках устранения или максимального подавления периферических эстрогенов или на целенаправленном воздействии на рецепторы эстрогенов и прогестерона (ER/PR) как основную мишень гормонозависимого РМЖ.

В течение почти четырех десятилетий селективный модулятор рецепторов эстрогенов тамоксифен являлся основным препаратом эндокринотерапии ЭР-положительного РМЖ. Оксфордский обзор группы по изучению ранних стадий РМЖ (Early Breast Cancer Trialists’ Collaborative Group — EBCTCG), в состав которой входит и НИИ онкологии им. Н.Н.Петрова, продемонстрировал, что тамоксифен улучшает показатели безрецидивной и общей выживаемости у больных с потенциально гормональночувствительными (т.е. ER+ и/или PR+) опухолями. В противоположность этому больные с ЭР-отрицательными опухолями или низким уровнем экспрессии рецепторов стероидных гормонов не имели пользы от гормональных воздействий.

Тамоксифен в целом хорошо переносится больными, но иногда способен вызывать опасные, угрожающие жизни побочные эффекты из-за его частичной активности в качестве агониста эстрогенов. С этим связано развитие рака эндометрия, тромбоэмболических осложнений, частота которых увеличивается при многолетнем применении препарата.

Это привело к поиску новых гормональных препаратов с более безопасными терапевтическими параметрами. Среди них оказались ингибиторы ароматазы. Первое поколение ингибиторов ароматазы, использовавшееся для лечения метастатических форм РМЖ, не достигло адъювантного применения из-за неблагоприятного «терапевтического индекса» («польза—вред») по сравнению с тамоксифеном.

Ингибиторы ароматазы блокируют цитохром Р450 — фермент ароматазы, отвечающий за превращение андрогенов в эстрогены, тем самым снижая уровень эстрогенов. В постменопаузе эстрогены синтезируются в надпочечниках, коже, мышцах и в жировой ткани (Miller WR, 2002). Кроме того, большинство опухолей молочной железы обладает ароматазной активностью, являясь источником локальных эстрогенов для опухолевых клеток (Bolufer P., 1992).

В противоположность этому у пременопаузальных женщин ингибиторы ароматазы индуцируют секрецию гонадотропных гормонов гипофиза через механизм обратной связи, приводя к овариальной стимуляции и развитию овариальных кист. Поэтому применение ингибиторов ароматазы у женщин с сохраненной менструальной функцией противопоказано.

Существуют два типа ингибиторов ароматазы. Ингибиторы I типа являются аналогами андрогенов, необратимо инактивируют ароматазу, вступая в ковалентную связь с энзимным протеином. По этой причине их называют инактиваторами ароматазы, или стероидными ингибиторами ароматазы. Среди них препарат эксеместан (Аромазин®) является наиболее изученным в клинической практике средством.

Ингибиторы II типа — это нестероидные агенты с обратимой связью с активным сайтом ароматазы. Среди них в клинической практике применяются анастрозол (Аримидекс®) и летрозол (Фемара®).

Все используемые ингибиторы ароматазы назначаются перорально и ежедневно. Время, необходимое для достижения максимального подавления эстрадиола (Е2), варьируют от 2 до 7 дней. Период полувыведения колеблется от 27 до 41 час для анастрозола и эксеместана и намного продолжительнее для летрозола (96 час). Необходимо не менее 7 дней для достижения устойчивого уровня препарата в плазме для анастрозола и эксеместана и 69 дней — для летрозола (Buzdar AU, 2002).

Установлено, что риск рецидива заболевания при ЭР+ опухолях является высоким на протяжении первых 5 лет после установления диагноза РМЖ, и особенно высокий риск падает на 2—3-й годы независимо от статуса лимфатических узлов. Именно риск ранних рецидивов, по мнению ряда авторов, оправдывает раннее (up-front) назначение ингибиторов ароматазы.

В то же время при ЭР+ опухолях показатели смертности от РМЖ схожи во временных отрезках «0—4 года» и «5—14 лет» с кумуляцией 2/3 смертельных исходов между 5-м и 15-м годами. Это наблюдение свидетельствует о потенциальной пользе «продолженной» адъювантной эндокринотерапии свыше 5 лет.

Кроме того, для более полной оценки реального вклада адъювантного эндокринного лечения необходимо изучение и показателей общей выживаемости после длительного периода наблюдения, порядка от 8 до 15 лет.

Предложены четыре стратегии изучения ингибиторов ароматазы III поколения в адъювантном лечении РМЖ (табл. 1).

Первичная (up-front) стратегия

Представляется чрезвычайно важным, чтобы женщины получили наиболее эффективную адъювантную терапию с целью минимизировать ранний риск рецидива РМЖ. Несколько клинических испытаний сравнили ингибиторы ароматазы с тамоксифеном, назначаемые на 5 лет (анастрозол в испытание АТАС, летрозол — в BIG 1-98). Эксеместан исследовался в испытании TEAM (результаты еще не представлены).

Данные испытания показали преимущество адьювантной терапии РМЖ с использованием ингибиторов ароматазы в сравнении с терапией тамоксифеном: было продемонстрировано увеличение безрецидивной выживаемости, увеличение времени до прогрессирования, снижение риска развития контралатерального РМЖ (Trialists Group, 2002, 2003, 2005; Coates A., 2007).

«Переключающая» (switch) стратегия

Переключение на ингибиторы ароматазы после 2—3-х лет лечения тамоксифеном у больных, которым был запланирован 5-летний прием тамоксифена, оценено для эксеместана (Intergroup Exemestane Study — IES), для анастрозола (Итальянское испытание — ITA), а также в Австрийском испытании (Аримидекс/Нольвадекс — ABCSG8/ARNO-95).

«Переключающую» стратегию нередко путают с «последовательной» стратегией. Отличие между двумя подходами заключается в том, что «переключающие» испытания цензурируют (исключают) пациентов с рецидивом опухоли в первые 2—3 года терапии тамоксифеном, отбирая субпопуляцию пациентов с более высокой эндокринной чувствительностью (пациенты с ранним рецидивом должны быть менее чувствительны к гормонотерапии). «Последовательные» испытания включают всех пациентов от начала адъювантной терапии, включая больных с рецидивом на тамоксифене в первые 2—3 года лечения. Поэтому представляется обманчивым использовать данные и результаты «переключающих» (switch) испытаний с целью достичь определенного заключения о последовательной стратегии адъювантной эндокринотерапии.

В рандомизированном двойном слепом многоцентровом исследовании IES (Intergroup Exemestane Study) действие эксеместана исследовали после 2—3-х лет проведения терапии тамоксифеном по сравнению с группой пациенток, продолжающих лечение тамоксифеном (до 5 лет) у женщин в постменопаузе, страдающих гормоночувствительным РМЖ ранних стадий (n=4742).

Общая продолжительность гормонотерапии была одинаковой в обеих группах (5 лет), а среднее время лечения тамоксифеном до рандомизации равнялось 2,4 года. После среднего периода наблюдения за 4724 больными опубликован анализ этого испытания. Полученные результаты свидетельствуют о преимуществе режима переключения на эк семестан в сравнении с режимом 5-летней терапии тамоксифеном по всем основным показателям. В группе эксеместана было продемонстрировано увеличение общей выживаемости (НR=0,83; р=0,05), безрецидивной выживаемости на 24% (р=0,00015), снижение риска развития рецидива заболевания на 26% (р=0,0001, HR 0,74), снижение риска развития отдаленных метастазов на 17% (Сoombs RC, 2007). Кроме того, на 44% снижалась частота контралатерального РМЖ в группе эксеместана по сравнению с терапией тамоксифеном (НR=0,56; p=0,04).

Испытание ITA — открытое исследование III фазы, сравнивающее 5-летнее лечение тамоксифеном с 2—3-летним лечением также тамоксифеном с переключением на анастрозол на 2—3 года (общая продолжительность лечения в обеих группах 5 лет). После включения в исследование 448 больных выявлено значительное преимущество анастрозола над тамоксифеном в показателях выживаемости без «событий» (event-free) (НR=0,42; p=0,0001). Однако многообещающие результаты этого испытания нуждаются в подтверждении в более крупных испытаниях, таких как Австрийское исследование ABCSG8/ARNO 95.

Результаты комбинированного Австрийского исследования АBCSG8/ARNO 95 были представлены после включения 3224 больных при среднем периоде наблюдения 28 месяцев. Оказалось, что переключение на анастрозол пролонгирует и увеличивает «бессобытийную» выживаемость по сравнению с продолжающимся до 5 лет лечением тамоксифеном (НR=0,60; р=0,0009); безметастатическая выживаемость также улучшалась с переключением на анастрозол (НR=0,60; р=0,0067); улучшалась и общая выживаемость (HR=0,71; p=0,038).

Побочные эффекты эндокринотерапии

Известно, что тамоксифен обладает эстрогенным воздействием на здоровый эндометрий, что приводит к его пролиферации и гиперплазии. Длительное применение тамоксифена ассоциируется с нарастанием риска развития полипов, вагинальными кровотечениями, увеличением частоты развития рака эндометрия. В отличие от этого ингибиторы ароматазы индуцируют маточную атрофию и могут уменьшить патологические изменения, вызванные приемом тамоксифена. По данным исследования IES, при использовании эксеместана в адъювантной терапии (switch-off) риск развития гиперплазии эндометрия уменьшается в 6 раз в сравнении с терапией тамоксифеном. Также было показано, что при терапии Аромазином® в сравнении с терапией тамоксифеном почти на 50% уменьшается риск возникновения вагинальных кровотечений и существенно, почти в 3 раза, снижается частота образований полипов матки.

Хорошо известен тот факт, что у больных РМЖ могут развиваться тромбоэмболические осложнения. При этом тамоксифен ассоциируется с умеренным, но достоверным увеличением риска развития венозных тромбоэмболий, особенно при комбинации его с предшествующей химиотерапией. В то же время в исследованиях с применением ИА сообщается о достоверном снижении риска развития тромбоэмболий при сравнении с тамоксифеном (IES: 1,9% vs. 3,1%). У женщин в постменопаузе наблюдается снижение минеральной плотности костной ткани, нередко приводящее к развитию остеопороза и возникновению переломов. Длительное снижение уровня эстрогенов, возникающее при лечении ингибиторами ароматазы, может спровоцировать уменьшение плотности костной ткани. Тамоксифен оказывает положительный эффект на костную минеральную плотность (BMD) у постменопаузальных больных РМЖ (Powles TJ, 2006). У больных, получавших лечение ингибиторами ароматазы, увеличивается частота мышечно-скелетных нарушений в испытаниях, сравнивающих ингибиторы ароматазы с тамоксифеном.

При этом наименьшее влияние на снижение минеральной плотности костной ткани (BMD) выявлено у эксеместана: по данным исследования IES переломы костей у пациенток, получавших эксеместан, возникали не так часто, как при применении нестероидных ингибиторов ароматазы (3,1% против 4,3%; р=0,03) (Coombes RC, 2007). В обеих группах не было зарегистрировано ни одного случая развития остеопороза среди пациенток, у которых на момент начала исследования отсутствовала выраженная патология костной ткани. У незначительной части пациенток (4%) на 24-м месяце наблюдения зафиксировано развитие остеопороза, но у всех этих больных наблюдались явления остеопении до начала лечения.

В испытании ATAC анастрозол индуцировал достоверно больше переломов в сравнении с тамоксифеном (11,0% против 7,7%; р=0,0001). Следует отметить, что частота переломов резко нарастала на фоне применения анастрозола в первые 2 года терапии, а затем относительный риск переломов оставался постоянным на протяжении всего периода лечения (ATAC Trialists Group, 2006). И при завершении терапии частота переломов резко снижалась до низких показателей, наблюдаемых при лечении тамоксифеном.

Летрозол также увеличивает риск возникновения переломов при прямом сравнении с тамоксифеном (8,6% против 5,8%; р=0,001) (Coates A,, 2007).

Не существует «скелетных» противопоказаний к использованию ингибиторов ароматазы в адъювантном лечении. Однако строго рекомендуется, особенно у больных с наличием факторов риска остеопороза, определять костно-минеральную плотность (BMD) и фосфор-кальциевый метаболизм до начала терапии ингибиторами ароматазы (Winer EP, 2005). В случаях изначально нормального BMD-статуса рекомендуется выполнить повторный тест при завершении терапии ингибиторами ароматазы. Если с самого начала терапии имеется остеопения, повторное определение BMD рекомендуется через 1—2 года терапии ингибиторами ароматазы. При выявлении исходного остеопороза рекомендуется применение бисфосфонатов одновременно с ингибиторами ароматазы (табл. 2)( Gnant M., 2004).

В клинической практике главными симптоматическими признаками, связанными с лечением ингибиторами ароматазы, остаются артралгии и фибромиалгии, для которых нет ясных физиопатологических объяснений.

Реже всего развитие данных побочных эффектов наблюдалось при назначении Аромазина® (эксеместана): 18,6% vs. 11,8% в группе тамоксифена (р=0,0001). В испытании АТАС достоверно больше пациенток, получающих анастрозол, жаловались на артралгии в сравнении с тамоксифеном (35,6% против 29,4%; р=0,0001). Более 90% больных с описанными жалобами принимали нестероидные противовоспалительные препараты в комбинации с более мягкими анальгетиками. В испытании BIG 1-98 летрозол индуцировал больше артралгий, чем тамоксифен (22,0% против 13,5%; р=0,001).

При изучении ингибиторов ароматазы при распространенных формах РМЖ не было идентифицировано серьезных осложнений сердечной деятельности. Однако продолжительность лечения была относительно короткой (Nabholtz JM, 2006).

В исследовании IES частота ишемического сердечно-сосудистого заболевания несколько снижалась (эксеместан: 3,0% против тамоксифена: 6,9%; р=0,17). По данным исследования BIG 1-98, частота кардиальных «событий» 3—5-й степеней была почти в 2 раза выше при назначении летрозола в сравнении с тамоксифеном (74 случая против 35; р=0,05). Эти «события» были представлены ишемией миокарда (42 случая против 21, соответственно; р

Как подготовиться к химиотерапии?

Подготовка к химиотерапии

Химиотерапия очень часто становится важной частью комплексного лечения онкопатологий, наряду с лучевыми воздействиями, гормональной, таргетной и иммунологической терапией. Она основана на принципе избирательного действия некоторых специфических препаратов. Так, вещества, используемые для химиотерапии, проявляют наибольшую агрессивность к максимально активным клеткам — тем, которые быстро делятся, растут, потребляют питательные вещества. Именно эти процессы наиболее интенсивно протекают в злокачественных клетках, а значит, и эффект, оказываемый на них лечением, будет самым выраженным.

Важно, что химиопрепараты, пусть и ослаблено, но воздействуют и на здоровые клетки. Именно с этим и связана причина частого побочного действия лечения. Чтобы снизить все негативные эффекты, пациенту следует готовиться к процедуре. О том, как правильно это сделать, расскажем в нашей статье.

Какие виды химиотерапии существуют?

По количеству используемых препаратов выделяют моно- (задействует только один препарат, к которому клетки опухоли наиболее чувствительны) и полихимиотерапию (назначают комбинацию из двух-трех).

Также существуют ее типы в соответствии со схемами применения:

  1. Неоадъювантная — служит подготовкой к операции по удалению опухоли. Задача такого лечения — уменьшение размеров злокачественного очага и уничтожение метастазов.
  2. Адъювантная — назначают после хирургического вмешательства, чтобы предотвратить рецидив опухоли и уничтожить отдельные злокачественные клетки, которые могли остаться в организме.
  3. Паллиативная — применяют в ситуациях, когда операцию проводить нецелесообразно. Главная задача здесь — продление жизни пациента, а также максимально возможное сдерживание роста опухоли и развития метастазов.

Какие анализы и обследования необходимы перед курсом?

Точный список обследований дает лечащий врач. Обычно этот список включает в себя анализы крови, кардиограмму и т. д. Он может расширяться в зависимости от типа опухоли, ее размеров и локализации, возраста пациента, его общего состояния, наличия сопутствующих заболеваний и т.д.

Что еще нужно сделать для подготовки к химиотерапии?

Врач-химиотерапевт клиники «Анадолу» может назначить ряд препаратов, которые помогут снизить негативный эффект от лечебной процедуры:

  • иммуностимуляторы для улучшения работы иммунитета;
    средства для борьбы с тошнотой;
  • гепатопротекторы для защиты печени (именно на нее ляжет основная нагрузка по выведению препаратов из организма и обезвреживанию продуктов распада опухолевых клеток);
  • пробиотики для поддержания правильного состава микрофлоры кишечника;
  • различные солевые растворы, облегчающие токсическое воздействие химиопрепаратов на организм.

Подготовка к химиотерапии

Кроме того, пациент и сам может принять ряд мер:

  • Посетить стоматолога и санировать ротовую полость.
  • Договориться с родственниками о помощи по дому, о присмотре за детьми, об уходе за домашними животными. Заранее трудно предсказать, как пациент будет чувствовать себя в процессе лечения. Оно может стать причиной слабости и быстрого утомления, и в этом случае участие близких в домашних делах будет очень важным.
  • Постараться приезжать в клинику отдохнувшим и в хорошем настроении. Пациенты, имеющие позитивный психологический настрой, лучше переносят лечение, и его побочные эффекты проявляются гораздо меньше.
  • Отказаться от вождения автомобиля и самостоятельной поездки до дома после проведения процедуры. Химиотерапия может вызвать сонливость или нарушение концентрации внимания.

Рекомендации по питанию

Одним из основных факторов облегчения негативных эффектов химиотерапии при раке является соблюдение правильного рациона. Он должен включать достаточное количество всех основных групп питательных веществ:

  1. Белки. Их лучше употреблять в виде нежирного мяса и морепродуктов. Также можно использовать бобовые культуры или орехи.
  2. Жиры. Здесь основное внимание нужно уделить полиненасыщенным жирным кислотам растительного происхождения: подсолнечное, льняное, кукурузное, оливковое масла. Эти вещества снижают риск образования атеросклеротических бляшек, а следовательно, уменьшают нагрузку на сердечно-сосудистую систему.
  3. Углеводы. Их нужно употреблять в виде зерновых каш, хлеба грубого помола и т.д. Продукты, богатые простыми сахарами (кондитерские изделия, сладкие газированные напитки, выпечка, фаст-фуд и прочее), лучше исключить полностью.
  4. Витамины и микроэлементы. Для получения достаточного количества этих веществ следует сделать особенный упор в рационе на овощи и фрукты.

Очень важно также соблюдать правильный питьевой режим. Снабжать организм жидкостью оптимальнее всего в виде простой чистой воды. Прекрасно подойдет бутилированная минеральная вода, не содержащая газа. Взрослому человеку за сутки следует выпивать около 2 литров.

Врачи клиники «Анадолу» проводят химиотерапию в полном соответствии с актуальными протоколами, рекомендованными ВОЗ. Мы используем самые современные фармакологические препараты, дающие уменьшенное количество побочных эффектов. Для облегчения введения этих средств пациенту может быть установлена специальная порт-система.

Схему терапии специалисты клиники разрабатывают индивидуально для каждого человека с учетом клинических особенностей заболевания. Благодаря тщательным предварительным обследованиям, передовому оснащению клиники и неусыпному вниманию высококвалифицированных врачей, химиотерапия в «Анадолу» проходит максимально эффективно и со сниженным риском серьезных негативных воздействий.

Материал подготовлен по согласованию с врачами медицинского центра «Анадолу»: медицинским онкологом Синаном Караасланом и профессором Бюлентом Карагёзом.

Читайте также:  Норма креатинина у женщин после 60 в крови при онкологии

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *